Мама и сын плюс... Часть 1
1 2 >>
Когда мне стукнуло четырнадцать, – разбился в автомобильной катастрофе мой отец – крупный бизнесмен, и мы остались жить вдвоём с мамой. В молодости мама была очень красивая, стройная, фигуристая – все мальчишки в классе просто балдели при виде её. К тридцати пяти годам располнела, утратила былые привлекательные формы. К моменту гибели папы это была уже раскормленная, с огромным животом и отвислыми сиськами, толстуха. На лицо, однако, ещё довольно симпотная.
Как раз в этот момент я стал чувствовать в себе созревание некой, неведомой раньше силы. Во мне стал пробуждаться мужчина, и это интуитивно почувствовала мама. После смерти мужа она прибрала к рукам его бизнес и вела дела довольно успешно, так что мы материально не бедствовали. Жили в дачном коттеджном посёлке в огромном трёхэтажном доме. У каждого была, естественно, своя комната, но мама долго вдовьего одиночества не выдержала. Однажды ночью, в одной коротенькой комбинашке, вошла в мою спальню. Я увидел её красивые, хоть и полные, голые ноги и испугался.
– Саша, можно я посплю у тебя сегодня? Мне жутко в пустом доме одной без папы, – попросила она.
Я молча кивнул и подвинулся к стене, освобождая для неё место. Мама легла с краю и сразу уснула. Так, во всяком случае, мне показалось. Я же, взволнованный присутствием рядом женщины, хоть и собственной матери, не сомкнул глаз до утра. Не смотря на работающую сплит-систему, в комнате всё равно было жарковато и душно: мама ночью раскрылась. От неё чувствительно попахивало потом и ещё чем-то, специфически женским, селёдочным. Комбинашка её сбилась к животу и я, приподнявшись на постели, с выпрыгивающим из груди сердцем разглядывал спутанную черноту волос между её толстых мясистых ляжек. Именно оттуда исходил селёдочный затхлый запах. Я втягивал его носом и – блаженствовал. Мне он казался ароматнее всяких дорогих дамских духов известных французских парфюмерных компаний.

Заснул я только под утро. Мне снилось, что мама сосёт мой писюн, лёжа передо мной на животе, как огромная белая, расплывшаяся по кровати жаба. Через мой вставший каменным бамбуком член она, казалось, высасывала из меня всю душу. Я корчился от страшного наслаждения, просовывал писюн поглубже в её жадный горячий рот, стараясь достать до горла, стонал и взвизгивал. Вскоре начал кончать и проснулся с мокрыми трусами. Мама по-прежнему, ни о чём не подозревая, спала рядом с задранной до пояса комбинацией. Я, стараясь не смотреть на её голое тело, поспешил в ванную, которая была на этом же этаже, – подмываться и стирать испачканные трусы.
Мамины странности, увы, на этом не закончились. Она почему-то решила, что покойный папа меня плохо до этого воспитывал, и решила теперь взяться за моё воспитание сама. Когда я однажды зашёл с книгой в туалет – я люблю читать, и почему-то именно в сортире, – мама принялась требовательно стучать в дверь и спрашивать, что я там так долго делаю? Я соврал, что у меня болит живот, спрятал книгу под ванну – туалет на втором этаже совмещён с ванной – и виновато открыл. Мама ворвалась в помещение, как собака-ищейка, к чему-то принюхиваясь и подозрительно всматриваясь в моё лицо. Велела приспустить до колен шорты, зачем-то пощупала впереди трусики, плотно прилипшие к писюну. При этом дотронулась и до члена. Мне стало неловко от того, что она делает. Я густо покраснел, поняв, что она подозревает меня в онанизме.
– Саша, ты понимаешь, что у тебя сейчас наступает очень сложный возраст, – начала она издалека, пытаясь объяснить своё поведение. – Мальчики в твоём возрасте начинают заглядываться на девочек, но сделать ещё ничего не могут, потому что не знают – как... – мама замялась, откровенно заглядывая мне в глаза. – И чтобы заменить девочек, которым это делать тоже пока нельзя, они запираются в туалете и руками трогают себя за переднее место. От этого можно заболеть и навсегда остаться калекой... Во всяком случае – нравственным! Пойми, сынок, я тебе желаю только добра и не хочу, чтобы ты вырос больным человеком, онанистом. Поэтому впредь ты не будешь изнутри запирать туалет, чтобы я всегда могла проконтролировать, что ты делаешь.
– Хорошо, мамочка, – покорно кивнул я, в душе однако ликуя, что мама теперь будет видеть мой писюн, когда я буду ходить по маленькому и большому.
Она, конечно, не караулила меня специально перед сортиром, к тому же большую часть буден проводила в офисе своей фирмы. Но после работы и в выходные, если случалось быть на втором этаже, – всегда подходила к туалету и решительно дёргала за ручку дверь. Однажды застала, когда я ходил по маленькому. Я как раз помочился в унитаз и застёгивал ширинку, стоя к ней спиной.
– Саша, почему ты стоишь отвёрнутый? – с беспокойством спросила она.
– Но я ведь только пописал, мамочка, – удивлённо ответил я. – Как мне ещё стоять?
– Ты писаешь стоя?
– Конечно.
– Сыночек, это не гигиенично. Когда мальчики писают стоя, не вся моча выходит наружу, – принялась объяснять заботливая о моём здоровье мама. – От этого может развиться воспаление в мочеиспускательном канале. Нужно будет лечиться, а то и делать болезненную операцию. У взрослых на этой почве развивается простатит. Чтобы этого избежать, нужно писать, сидя на унитазе, как девочка. И ты будешь теперь это делать. Я специально проконтролирую.
Час от часу становилось не легче. Мама бесцеремонно врывалась в туалет или в мою спальню, нагло рылась в моём ранце, что-то выискивая. Стала этаким домашним тираном, полицейским в юбке, и я терпеливо сносил все её, как я считал, капризы и прихоти, объясняя это её одиночеством и любовью ко мне.

Она уже регулярно, каждую ночь приходила спать в мою комнату. Вначале была полуодетая, в какой-нибудь комбинашке, мятой хлопчатобумажной ночнушке с широким открытым декольте или в прозрачном кружевном пеньюаре. Потом отбросила и эту условность и являлась совершенно голая, объясняя это тем, что все, что дала человеку природа – естественно, а не безобразно, и скрывать это глупо.
В детстве, когда папа уезжал в командировку, мама всегда ложила меня спать вместе с собой. При этом она полностью раздевалась и снимала одежду с меня. Она очень хотела родить девочку, но появился на свет я. И она, чтобы как-то компенсировать свои несбывшиеся надежды, внесла в мою жизнь много такого, что мальчикам было не нужно. Но ей очень хотелось, и она шла наперекор всему. Прежде всего, она назвала меня полуженским-полумужским именем, покупая мне одежду, старалась подбирать яркие, вызывающие расцветки рубашек, больше похожих на девчоночьи кофточки. Трусики мне тоже в детстве покупала только девчоночьи, а когда я пошёл учиться в частный лицей – шила на заказ в ателье из яркого, с цветными узорами, материала. Штанишки на лето у меня были короткие, в основном шортики, и обязательно к ним – беленькие гольфы на ноги. Волосы у меня всегда были длинные, ниже плеч: мама водила меня к женскому парикмахеру и подсказывала, какую причёску мне сделать, чтобы она максимально походила на девичью. В классе мальчишки так и звали меня в глаза – Девчонкой. На уроках физкультуры в раздевалке
0 / 9
waplog

© WapSekas.Com
2013 - 2018
0.0236