Санька
1 2 >>
Мой будущий муж был надежным, нежным и даже нравился моей маме. Хотя, по правде сказать, ей было несложно угодить при такой-то дочери, как я. Не возглас восхищения, но вздох облегчения с ее стороны. Ну, и пусть!


Первый месяц знакомства, он привел меня на вечеринку, домой к своему начальнику.


Взгляды его коллег, восхищенные, немножко скользкие. Юбки, оказывается, мне очень идут.


В какой-то момент я не выдержала и затащила своего кавалера в ванную.


Он задел меня своей щетиной и сжал ручищами так, что я практически задохнулась.

— Поцелуй меня. — Сказала я вслух. Он послушно поцеловал, глубоко и сильно, но мое сознание никак не хотело отключаться.


Я вспомнила, как Санька однажды спросила меня:


— Вот чем, по-твоему, отличается мужчина от женщины?


Я только улыбнулась:


— Ясное дело, чем.


— Нет! — Не унималась подруга. — Я не про физиологию!


Я пожала плечами.


— Мужчины трахают, а женщины любят! — она тогда перебрала, и спорить было бесполезно.


Почему я вспомнила тот неловкий пьяный разговор? Санька, где ты сейчас...


Меня бросило в жар, захотелось опровергнуть тезис старой подруги прямо здесь и сейчас, в ванной комнате его шефа. Я бешено стала покрывать своего мужчину поцелуями и попыталась содрать свитер, прижав его к стиральной машине. Я уже запустила руку ему в джинсы, но он остановил меня и вытащил ладонь, отстранился и внимательно посмотрел мне в глаза:


— Не сейчас. Нас могут услышать.


— Тогда поехали домой. К черту все!


— Я не могу. Мы только пришли.


— Они поймут. Все же люди.


— Кто? Шеф?! Не стоило мне идти с тобой в ванную. Не пей больше сегодня!


— Прости...


Мы вернулись домой и долго стояли обнявшись. Я вдыхала мокрый запах его мехового воротника, а он все никак не хотел меня отпускать. Как прирученный звереныш — милый, благодарный, с извиняющимися глазами. Покорно стянул с себя джинсы, оставшись в семейниках и дубленке. Я засмеялась, а он запустил руку мне под одежду и мял грудь долго и старательно. Я дышала на замерзшие ладони и будила его член, пока он окончательно не окреп. Мой будущий муж не позволил раздеться, просто посадил меня на стол и отодвинул кружевную ленту трусов. Вошел быстро и умело — немудрено: уже час, как я была «под соусом». Муж работал задом, как заправский ковбой, быстро разрядился и уткнулся мне в шею. Внутри все горело от затухающего ожидания...


Вот он мой мир, отныне и навеки... Старый, добрый, стерильный от нечеловеческих переживаний мир. Ему не страшна «прошлая я». Его она не интересует. Или я всегда была такой? А как же тогда Санька? Мысли путаются от выпитого шампанского.


Он сделал предложение в торжественной обстановке на золотом юбилее своих родителей, и да, это было даже занятно, что я могла предсказать каждый его шаг, почти каждое его слово.


И вот, потекли семейные дни, с новой, еще только схватывающейся рутиной, которая через год будет, наверное, как цемент. Он, действительно, старался быть хорошим мужем и отцом для нашего сына. Как сёгун, по пунктам выполняющий все правила личного семейного кодекса. На этом силы и иссякали... Ежедневный, поначалу, секс, стал в два раза реже, а иногда меня заменял диван и футбол. Мой оловянный солдатик старался, я это чувствовала. Я хвалила его мужественные руки и говорила, что он лучший, с кем я была.


«Устает» — зашкаливала во мне нежность и какое-то материнское чувство к этому большому ребенку, когда я укрывала его, уснувшего, пледом. За спинкой дивана маячил Санькин силуэт, грустный взгляд спрашивал:


— Ты счастлива, подруга?


— Изыди! — шипела я фантому из моего воображения и шла мыть посуду.


Выполнив все свои обязанности, как жены и хозяйки, я садилась с сигаретой на подоконник и растворялась в ночной тишине. На балконе напротив стояла такая же, как я, жена, вдыхающая ночной воздух, после дня, выполненного на оценку «пять». Она посмотрела на меня, я — на нее. Мы улыбнулись друг другу. Она достала сигарету, но не успела зажечь. На балкон вышел ее муж, мягко, но уверенно завел женщину обратно в квартиру. Скука смертная ...


Меня отправили в командировку. Я нервничала и металась по квартире в одном носке, попутно раздавая указания мужу и сыну. Сварила еды на неделю, ребенка велела отправить к бабушке. Да, в среду придет сантехник...


— Не волнуйся, дорогая. Мы большие мальчики, как-нибудь справимся. — Улыбка сделала его похожим на чеширского кота.


Целую мужа, сына, мчусь в аэропорт. В воздухе запах грозы. Значит, все будет хорошо — люблю грозу. Звонит начальник — все отменяется, договорились на онлайн — конференцию. Спешу обрадовать мужа — сотовый не отвечает. Опять уснул?


Замерзшими пальцами открываю дверь. Пахнет кофе и корицей — муж приводит себя в чувства.


— Милый, я дома! Все отменили.


Он выходит в одних семейниках, какой-то растрепанный.


— Могла бы хоть позвонить!


— Я звонила...


Он кидает недовольный взгляд куда-то в сторону. Раздается женский голос:


— Ты скоро? Кофе остынет.


Мороз по коже. Меня поимели...


— Где ребенок?


— У бабушки...


— Ладно хоть, отвел его, догадался!


— Я же не совсем...


Пытаюсь снять сапоги — заедает молнию. Плюю на обувь, иду в комнату. Он испуганно пытается заслонить собою дверной проем, но куда этому шкафу в трусах против моего бешенства?


Захожу. Картина маслом: в постели, рядом с кофейным подносом, прикрывши подушкой тонкую фигурку в черном нижнем белье, сидит она... Нет, не она, а ОНА.


— Санька?!


Она округляет огромные, нереального сиреневого цвета глаза.


— Что?


— Саша...


Она всегда была такой хрупкой, похожей на тощего мальчика. Носила рубахи в клетку, висевшие на ней мешком и джинсы младшего брата, курила самокрутки и очень хотела стать врачом. Первый раз я увидела его (или ее — называйте, как хотите), когда меня, пьяную, пытался затащить в кусты староста класса. Она вышла откуда-то из-за деревьев. Низкорослый, решительный мальчик.


— Отпусти ее.


— Тебе чего?


— Она одна из наших.


— Ну, конечно! Размечталась!


Староста больно сжал локоть. Я плохо соображала, но когда этот маленький Давид извлек из кармана скальпель и с отчаянием бросился на двухметрового Голиафа, на меня будто ушат воды вылили. Я вырвалась и мешком рухнула на землю. Староста сбежал, крича что-то про маньяков.


Потом Санька протирала перекисью мой разбитый локоть и ругала за то, что я так надралась и поддалась на уговоры старосты. Никого я так не хотела, как этого человека с серьезными глазами редкого цвета...


Про нас узнали мои родители, мать долго кричала, а отец просто посадил меня в машину и увез в другой город. С тех пор я не виделась с ней, слышала только, что она стала врачом, как и хотела.


В комнату по стенке вполз муж. Я медленно подошла к постели, не отрывая взгляда от нее, попыталась отобрать подушку.


— Катя?


— Я...


Бросив подушку, я так крепко сжала Сашку, а она меня. Даже через всю мою одежду я чувствую,
0 / 6
waplog

© WapSekas.Com
2013 - 2017
0.0258