СОБАЧИЙ ВАЛЬС
1 2 3 ... 5 >>
Анжела Мельская, выпускница третьей музыкальной школы, была способной пианисткой. В свои юные годы она уже успела погастролировать по России и даже поучаствовать в международных конкурсах, где неизменно занимала призовые места.

Но вот до заветного Гран- при все как-то не дотягивалась.

Не хватало чего-то такого неуловимого в ее игре, что позволило бы увенчать заветной вишенкой победы этот праздничный торт ее концертов.

Каких только репетиторов не нанимали родители для Анжелы: папа - известный музыкальный критик и мама – педагог по вокалу. Помнится был привлечен даже могучий профессор из Италии, отмеченный лаврами славы, небывалый по своим способностям специалист раскосый и очень энергичный.

И ему действительно удалось значительно подтянуть подопечную вот именно в плане исполнительской техники.

Однако вывести ее на победу он так и не смог, как ни старался.

И тогда Надежда Альбертовна, учитель математики той средней школы, где раньше училась Анжела, посоветовала ее родителям показать дочку одному замечательному педагогу по клавишам, который, с ее слов, в сфере становления учеников действительно добивался ошеломляющих результатов.

Надо сказать, эта самая Надежда Альбертовна, особа незамужняя, а потому праздная, была страстной поклонницей фортепьянной музыки, и с этой точки зрения начинающая пианистка Анжела была ей симпатична, хотя и не смыслила в алгебре не бельмеса.

Репетитор, о котором теперь идет речь, мягко говоря, был человеком неоднозначным. Когда-то имя этого пианиста знал весь свет. Потом же, буквально в один день, он исчез из информационного поля, словно его и не было там вовсе.

Говорили, то ли спился, то ли с мафией какой-то связался, ну, словом, нелады у него с жизнью, а потому, мол, не до музыки. На самом деле правдой было все: он и спился, и с мафией связался, но причина его отхода от гастрольной деятельности крылась не в этом, или, точнее, не только в этом.

Просто однажды, с крепкого бодуна, осознал Роман Борисович - именно так звали этого музыканта - что сам он ничего нового предложить миру, в плане музыки, не может, а «перестукивать» (именно так он называл игру на рояле) чужие пассажи, вкладывая в них свою душу- «дело скушное и бессмысленное».

Это с юности он, подававший тогда большие надежды, лелеял амбициозную мечту открыть восьмую ноту, и создать музыку нового образца, приняв за основу восьминотный стан.

С годами эта дурь вылетела из его головы, и он понял наконец, что сколь пытливо не вслушивайся ты в окружающий мир, консервативно звучит он – проклятый - семью нотами, и новой нотки не шлет, как ни проси.

Озлобился тогда музыкант на этот скупой и бездушный мир, забросил гастрольную деятельность, сделался простым настройщиком роялей, и неплохо сытно и пьяно, в общем-то, жил, поскольку имел абсолютный слух, и, шутя, настраивал любой инструмент, даже такой, который был в плачевном состоянии, иногда не имея при себе даже и камертона.

- Если инструмент в сухости держал, изволь, я тебе его настрою, - говаривал он, бывало, заказчику своим дребезжащим басом, раздумчиво двигая кустистыми бровями с сединой.- А если ты его в сырости мариновал, тут к настройщику не лезь, а вези его прямо на свалку.

Вот к этому именно репетитору и посоветовала обратиться Надежда Альбертовна родителям Анжелы.

Надо сказать, наш герой, тот самый Роман Борисович иногда, скучая от безделия, действительно брался за репетиторство, но не из-за денег, а, как это принято говорить, из любви к искусству.

С его точки зрения путная музыка шла не от каких-то там высших духовных исканий, или несчастной любви, а от простой обычной похоти.

И все исполненное и сочиненное до этого в области музыки было сочинено и исполнено творцами, обуянными похотью.

Вот именно эту нехитрую истину он и практиковал в занятиях со своими учениками.

А именно: девушек учениц развращал и доводил до полового исступления, поскольку был в этом мастер.

Учеников же мужского пола, ввергал в состояние, как он говорил, вдохновения, трахая при них их подруг.

И это самое он называл «Собачим вальсом» или «Творческим выблудом».

И, справедливости ради, надо признать, что как педагог, тут он действительно преуспел.

Узнав, какого рода фрукт этот предлагаемый Анжеле репетитор, родители открестились от него всеми своими руками. Училка же, Надежда Альбертовна решилась все таки тайком показать девочку маэстро.

«В самом деле, не зверь же он, пусть хотя бы оценит, может что-то дельное и подскажет» - думала она, гордая осознанием того, что таким образом сама соприкасается с музыкой, и быть может, чем черт не шутит, сыграет значительную роль в становлении будущей знаменитой пианистки.

- Нет,- категорически сказал настройщик учительнице, когда прослушал Анжелу.- Ни слушать ее больше, не заниматься я с ней не буду. Нет сил.

- Ну почему?!- Взмолилась Надежда Альбертовна.

- Потому что бесталанна она, голубушка. Из кожи вон лезет, чтобы показать себя, музыку не слышит. А ее ведь, прежде чем сыграть, услыхать надо. Божьей искры в ней нет. А без искры - дуй не дуй - никакого огня не воздуешь.

- А как в плане техники?- Хваталась за любую соломинку самозваная наставница.

- Да какая тут техника? Технику всю жизнь ставят. Иной из консерватории вышел, а пальцы не поставлены, по ушам медведи гуляют, и звуки слипаются, как пластилин, а должны рассыпаться, как бриллианты.

А тут лишь музыкальная школа. Ни возраста, ни опыта.

- И все - таки?

- Говорю же, нету никакой техники, нету. То по соседям лупит, то всю музыку под рояль сливает.

- Извините, Роман Борисович, я вас не понимаю.- Надежда Альбертовна невольно поднесла к своему миниатюрному носику чистешей белизны надушенный носовой платок, поскольку из репетитора разило, как из пивного погреба.

- Повторяю для немузых: «лупит по соседям» значит, не попадает в ноты, а «музыку сливает», значит, звук у нее в пол идет, а должен идти в зал.

- Ну, Борис Романович, ну хорошенький, ну позанимайтесь с девочкой, только вы сможете ее научить. Я вам денег дам. – Неожиданно для самой себя деланно захныкала училка, и фамильярно прильнула к его плечу.

- Ладно,- смягчился пианист.- В этом месяце у меня заказ в Шумановском зале, там им орудия наживы настраиваю. А в следующем, так и быть, приходите. Поглядим, что тут можно сделать.

Маэстро оглаживал упругий училкин зад, а та не смела сопротивляться, поскольку взяла перед ученицей обязательства.

- Какая у тебя крепкая двойная доминанта!- Нахваливал пианист.

«В следующий раз надену чулки»,- млела в мечтах Надежда Альбертовна.

ll.

Когда Анжела тайком от родителей, подбадриваемая своей учительницей, в первый раз пришла к подпольному репетитору, тот так и не смог ее принять. Из его покоев несло спиртным, там визжали женщины и лопались какие-то струны.

Девочка прождала на лестничной площадке с час и так и вышла из подъезда ни с чем, явно растерянная и озадаченная.

Во дворе ее дожидался верный поклонник, воздыхатель
0 / 7
waplog

© WapSekas.Com
2013 - 2017
0.0257