Хуторянка
Здравствуйте дорогие читатели, а так же авторы статей. Давно уже хотелось написать на сайд, о своих сексуальных и занимательных приключениях, – но не как не решалась. И вот с наступлением весны мои чувства обострились, душа раскрылась, и желание написать взяло верх. Мне 20 лет, зовут меня Иринка, я стройная, симпатичная, рыженькая, красивая девушка.
В то беззаботное время, когда со мной это впервые произошло, мне было 16 лет, я проживала на хуторе с родителями и братиком Сашкой, он меня старше на год. Мой отец работает агрономом, а мать бухгалтером в том же колхозе. Родители часто пропадали на работе, и мы после школы оставались с братишкой одни дома до вечера. Училась я в соседней деревне, которая находилась в пяти километрах от хутора. В школе я была робкой и не общительной, и, скорее всего из-за этого у меня было мало подруг и друзей, не то, что сейчас. Часто моя робость заключалась в том, что одноклассники меня называли гадким утенком, я понимала, что это они говорили в шутку, но я на это очень обижалась и сильно комплексовала.
В десятом классе – мои подруги и одноклассницы были уже не девственницами, и только я на самом деле как гадкий утенок была еще девственна. Но я не падала духом, и не допускала всяких там мыслей, так как с детства мне нравился Димка, с соседнего хутора, я даже его любила, и хотела, что бы первым у меня был он. В школу и со школы, мы каждый день ездили на велосипедах вместе, и, проведя меня, домой, он каждый раз целовал меня в щечку, а с восьмого класса, начал целовать в губки.
Как-то раз, на переменке после второго урока, я зашла в туалет справить нужду и припудрить носик, возле окна стояли девчонки с параллельного класса и что-то обсуждали. Как назло все кабинки были заняты, и только возле самого окна оказалась свободной. Зайдя в нее, я закрыла за собой дверь, приподняла юбку, спустила до колена трусики и присела над унитазом, на улице стоял теплый апрель, и я не носила колготки, так как от седла велосипеда на них появлялась очень много затяжек. Писая, я старалась, что бы струйка попадала на стенки унитаза, я всегда так делаю, что бы, не было слышно со стороны, чем я занимаюсь. В соседней кабинке кто-то перднул, и я услышала легкий смех, стаявших возле окна. Я прикрыла левой ладонью рот, и тоже начала тихо смеяться, и не заметила, как струйки побежали по попке и неожиданно для себя, перднула сама. Мне стало неловко и стыдно, и я решила до звонка на урок не выходить из кабинки. В соседних кабинках началось движение. Туалетной бумаги в кабинке как всегда не оказалось, и, достав с кармана свою, я начала вытирать попку и пусю. Но вскоре меня постигла разочарование, так как бумажки не хватило. Выкидывая бумажку в урну, я заметила, в ворохе использованных бумаг, лежала использованная прокладка и тампон. И так как я решила не выходить из кабинки до звонка, я решила не вытирать ладонями оставшуюся влагу, а подождать пока она подсохнет. Сидя над унитазом, я почувствовала попкой слабенький ветерок, он исходил из небольшой дырки в стене, из которой проходила труба батареи. Я привстала и переместила правую ногу на эту трубу, тем самым, прижав ее к полу, и расположила попку над сомой дыркой. Ветерок приятным потоком обдувал попку и пусю, и я даже немного прибалдела. Я начала прислушиваться к разговору стоявших у окна девчонок, они бурно обсуждали, чем пользуются во время месячных, и я поняла, что три из них пользуются прокладками и тампонами одновременно. Прозвенел звонок, девчонки шумно пошли к выходу из туалета, и я уже было хотела подыматься, как вдруг, под собой, я услышала, щелчок, похожий, когда фотографируют телефоном, и не успела я опомнится, как по пусе и попке кто-то провел ладонью. Я от неожиданности подскочила, обернувшись назад, никакой руки не увидела. Попка была еще влажной, и я долго не думая, сняла трусики, вытерла ими попку и пусю, сунула их в карман, и пулей выскочила из кабинки.
Залетев в класс и сев за парту, я ощутила голой попкой холодок стула. За партой рядом со мной сидел Витька.
Он спросил - Иринка, что-то случилось, ты какая-то красная?
Я ответила - все в порядке, и начала записывать все, что говорила учительница. Весь урок, я не могла отойти от происшедшего, и мысль, что мою попку и пусю сфоткали, а затем и потрогали, не давала мне покоя. Но больше всего меня беспокоило то, что я не знала, кто это сделал.
Учительница вызвала меня к доске решать пример, парта за которой я сидела, была, четвертой в крайнем ряду у окон, сзади стояла последняя парта. Когда я встала, у Витька упала ручка, и он нагнулся под парту ища её.
Проходя рядом с партами, я ощущала прохладненький ветерок между ног, который, не давал мне забыть, что мои трусики лежат в кармане.
Решая пример у доски, я очень сильно смущалась, что кто ни будь, увидит мою голенькую попку и пусю, но благо юбка, что была надета на мне, была немного ниже колена, и никто ни чего не увидел и не заподозрил. И только смогла я вздохнуть с облегчением, когда села за парту, почувствовав попкой холодок стула.
И как только прозвенел звонок, я быстренько сложила учебник и тетрадку в сумочку, достала все к следующему уроку, и быстрым шагом поспешила в туалет, надеть трусики. Зайдя в туалет, я увидела, что первая кабинка свободна. Закрывшись, я с облегчением залезла левой рукой в карман жакета, и к ужасу и стыду, трусиков не обнаружила, в правом кармане их тоже не было. Погруженная в шок, я присела над унитазом и не заметила как начала писать. Я не могла поверить, что они выпали на коридоре, и больше всего мне не хотелось верить, что они выпали в классе. Не помня себя, даже забыв подтереться, пока еще была перемена, я побежала обратно в класс. При беге прохладненький ветерок гулял по мокренькой пусе, но этому я не предавала значение.
В классе было пару девчонок, и пару пацанов, один из них разговаривал о чем-то с девчонками, а второй, Сергей, Димкин друг, стоял возле окна и что-то разглядывал. По дороге, трусики я нигде не увидела, и только подходя к нему, я поняла, что они у него в руках. И подойдя очень близко, увидев голубенький кружевной лоскуток, я узнала их. От стыда я покраснела, и не знала что делать. Попросить их у него, это было выше моих сил. Я села за парту, сложила руки и уткнулась в них лицом. Вскоре прозвенел звонок и начался урок. Весь урок я сидела в отчаянии от безысходности. Я все надеялась, что он их нашел не возле моей парты, и не знает, чьи они. Сергей сидел за мной на последней парте, со своей подругой Надей. Как только прозвенел звонок с урока, Сергей встал и на ушко мне шепнул, что у него есть кое-что мое, и он меня будет ждать за школой. Я медленно собирала сумочку, мысли путались у меня в голове, оттого, что будет дальше. Выйдя из школы, я взяла свой велосипед, Димкиного велосипеда уже не было рядом, и направилась за школу. Зайдя за школу, я увидела Сергея, он стоял в углу, возле корпуса спортивного зала, и видно с нетерпением ждал меня, то и дело, оглядываясь по сторонам. Я подошла к нему, он достал мои трусика и начал покручивать их на указательном пальце
В то беззаботное время, когда со мной это впервые произошло, мне было 16 лет, я проживала на хуторе с родителями и братиком Сашкой, он меня старше на год. Мой отец работает агрономом, а мать бухгалтером в том же колхозе. Родители часто пропадали на работе, и мы после школы оставались с братишкой одни дома до вечера. Училась я в соседней деревне, которая находилась в пяти километрах от хутора. В школе я была робкой и не общительной, и, скорее всего из-за этого у меня было мало подруг и друзей, не то, что сейчас. Часто моя робость заключалась в том, что одноклассники меня называли гадким утенком, я понимала, что это они говорили в шутку, но я на это очень обижалась и сильно комплексовала.
В десятом классе – мои подруги и одноклассницы были уже не девственницами, и только я на самом деле как гадкий утенок была еще девственна. Но я не падала духом, и не допускала всяких там мыслей, так как с детства мне нравился Димка, с соседнего хутора, я даже его любила, и хотела, что бы первым у меня был он. В школу и со школы, мы каждый день ездили на велосипедах вместе, и, проведя меня, домой, он каждый раз целовал меня в щечку, а с восьмого класса, начал целовать в губки.
Как-то раз, на переменке после второго урока, я зашла в туалет справить нужду и припудрить носик, возле окна стояли девчонки с параллельного класса и что-то обсуждали. Как назло все кабинки были заняты, и только возле самого окна оказалась свободной. Зайдя в нее, я закрыла за собой дверь, приподняла юбку, спустила до колена трусики и присела над унитазом, на улице стоял теплый апрель, и я не носила колготки, так как от седла велосипеда на них появлялась очень много затяжек. Писая, я старалась, что бы струйка попадала на стенки унитаза, я всегда так делаю, что бы, не было слышно со стороны, чем я занимаюсь. В соседней кабинке кто-то перднул, и я услышала легкий смех, стаявших возле окна. Я прикрыла левой ладонью рот, и тоже начала тихо смеяться, и не заметила, как струйки побежали по попке и неожиданно для себя, перднула сама. Мне стало неловко и стыдно, и я решила до звонка на урок не выходить из кабинки. В соседних кабинках началось движение. Туалетной бумаги в кабинке как всегда не оказалось, и, достав с кармана свою, я начала вытирать попку и пусю. Но вскоре меня постигла разочарование, так как бумажки не хватило. Выкидывая бумажку в урну, я заметила, в ворохе использованных бумаг, лежала использованная прокладка и тампон. И так как я решила не выходить из кабинки до звонка, я решила не вытирать ладонями оставшуюся влагу, а подождать пока она подсохнет. Сидя над унитазом, я почувствовала попкой слабенький ветерок, он исходил из небольшой дырки в стене, из которой проходила труба батареи. Я привстала и переместила правую ногу на эту трубу, тем самым, прижав ее к полу, и расположила попку над сомой дыркой. Ветерок приятным потоком обдувал попку и пусю, и я даже немного прибалдела. Я начала прислушиваться к разговору стоявших у окна девчонок, они бурно обсуждали, чем пользуются во время месячных, и я поняла, что три из них пользуются прокладками и тампонами одновременно. Прозвенел звонок, девчонки шумно пошли к выходу из туалета, и я уже было хотела подыматься, как вдруг, под собой, я услышала, щелчок, похожий, когда фотографируют телефоном, и не успела я опомнится, как по пусе и попке кто-то провел ладонью. Я от неожиданности подскочила, обернувшись назад, никакой руки не увидела. Попка была еще влажной, и я долго не думая, сняла трусики, вытерла ими попку и пусю, сунула их в карман, и пулей выскочила из кабинки.
Залетев в класс и сев за парту, я ощутила голой попкой холодок стула. За партой рядом со мной сидел Витька.
Он спросил - Иринка, что-то случилось, ты какая-то красная?
Я ответила - все в порядке, и начала записывать все, что говорила учительница. Весь урок, я не могла отойти от происшедшего, и мысль, что мою попку и пусю сфоткали, а затем и потрогали, не давала мне покоя. Но больше всего меня беспокоило то, что я не знала, кто это сделал.
Учительница вызвала меня к доске решать пример, парта за которой я сидела, была, четвертой в крайнем ряду у окон, сзади стояла последняя парта. Когда я встала, у Витька упала ручка, и он нагнулся под парту ища её.
Проходя рядом с партами, я ощущала прохладненький ветерок между ног, который, не давал мне забыть, что мои трусики лежат в кармане.
Решая пример у доски, я очень сильно смущалась, что кто ни будь, увидит мою голенькую попку и пусю, но благо юбка, что была надета на мне, была немного ниже колена, и никто ни чего не увидел и не заподозрил. И только смогла я вздохнуть с облегчением, когда села за парту, почувствовав попкой холодок стула.
И как только прозвенел звонок, я быстренько сложила учебник и тетрадку в сумочку, достала все к следующему уроку, и быстрым шагом поспешила в туалет, надеть трусики. Зайдя в туалет, я увидела, что первая кабинка свободна. Закрывшись, я с облегчением залезла левой рукой в карман жакета, и к ужасу и стыду, трусиков не обнаружила, в правом кармане их тоже не было. Погруженная в шок, я присела над унитазом и не заметила как начала писать. Я не могла поверить, что они выпали на коридоре, и больше всего мне не хотелось верить, что они выпали в классе. Не помня себя, даже забыв подтереться, пока еще была перемена, я побежала обратно в класс. При беге прохладненький ветерок гулял по мокренькой пусе, но этому я не предавала значение.
В классе было пару девчонок, и пару пацанов, один из них разговаривал о чем-то с девчонками, а второй, Сергей, Димкин друг, стоял возле окна и что-то разглядывал. По дороге, трусики я нигде не увидела, и только подходя к нему, я поняла, что они у него в руках. И подойдя очень близко, увидев голубенький кружевной лоскуток, я узнала их. От стыда я покраснела, и не знала что делать. Попросить их у него, это было выше моих сил. Я села за парту, сложила руки и уткнулась в них лицом. Вскоре прозвенел звонок и начался урок. Весь урок я сидела в отчаянии от безысходности. Я все надеялась, что он их нашел не возле моей парты, и не знает, чьи они. Сергей сидел за мной на последней парте, со своей подругой Надей. Как только прозвенел звонок с урока, Сергей встал и на ушко мне шепнул, что у него есть кое-что мое, и он меня будет ждать за школой. Я медленно собирала сумочку, мысли путались у меня в голове, оттого, что будет дальше. Выйдя из школы, я взяла свой велосипед, Димкиного велосипеда уже не было рядом, и направилась за школу. Зайдя за школу, я увидела Сергея, он стоял в углу, возле корпуса спортивного зала, и видно с нетерпением ждал меня, то и дело, оглядываясь по сторонам. Я подошла к нему, он достал мои трусика и начал покручивать их на указательном пальце