Я учился на пятом курсе медфака
на себя одежду, собралась домой.
– Сын, сын приходит в два.
В её сумке зазвонил мобильник.
– Мам ну ты где?
– Да иду сын, иду. Мы в парке с дочурой загуляли.
Она не поцеловала меня у дверей, и искоса из подлобья взглянула с какой то непередаваемой дьявольской улыбкой Джакконды.
– А ты садист Сашенька!
Я смотрел в окно с пятого этажа, как она семенила мелкими шашками отклячив зад, толкая коляску.
Садист, ну и ладушки пошла к ядреней матери. Небольшая потеря. Таких сорокалетних не доебанных - каждая вторая. Но в четверг в 9 утра раздался звонок,
- Ты как на меня не сердишься. В гости больше не позовёшь?
Я крутил её через день ещё пару недель она вошла во вкус и кончала только после массажа матки. Приходила ко мне как на работу.
Она кормила дочку я подошёл и приподняв её посадил на колени боец провалился в её чрево….
О ЧТО С НЕЙ БЫЛО ПОТ ЛИЛСЯ РУЧЬЁМ ОНА КРУТИЛА ЗАДНИЦЕЙ НА МОЁМ ЧЛЕНЕ ВСКРИКИВАЯ, прижимая дочку к груди……
Я сказал ей, что уезжаю надолго. Она заметно погрустнела. Глаза её намокли.
– Сын, сын приходит в два.
В её сумке зазвонил мобильник.
– Мам ну ты где?
– Да иду сын, иду. Мы в парке с дочурой загуляли.
Она не поцеловала меня у дверей, и искоса из подлобья взглянула с какой то непередаваемой дьявольской улыбкой Джакконды.
– А ты садист Сашенька!
Я смотрел в окно с пятого этажа, как она семенила мелкими шашками отклячив зад, толкая коляску.
Садист, ну и ладушки пошла к ядреней матери. Небольшая потеря. Таких сорокалетних не доебанных - каждая вторая. Но в четверг в 9 утра раздался звонок,
- Ты как на меня не сердишься. В гости больше не позовёшь?
Я крутил её через день ещё пару недель она вошла во вкус и кончала только после массажа матки. Приходила ко мне как на работу.
Она кормила дочку я подошёл и приподняв её посадил на колени боец провалился в её чрево….
О ЧТО С НЕЙ БЫЛО ПОТ ЛИЛСЯ РУЧЬЁМ ОНА КРУТИЛА ЗАДНИЦЕЙ НА МОЁМ ЧЛЕНЕ ВСКРИКИВАЯ, прижимая дочку к груди……
Я сказал ей, что уезжаю надолго. Она заметно погрустнела. Глаза её намокли.